Битва за жизнь (сражение второе)

На этот раз противником борющегося за жизнь человека выступает его собственная человеческая природа. И действительно, если клетки человеческого организма имеют способность регенерироваться (даже нервные клетки), почему все-таки человек стареет и умирает? Раскроют ли современные ученые «код старения»? Смогут ли создать «лекарство от смерти»? А ведь, как известно, такие попытки уже не раз предпринимались в истории.  

«Сия процессия радует Господа, Если осуществляется с истинной верой»

начало книги Царя Геракла, которая называется книгой радуги и описывает цвета Камня

Первым, хотя далеко не единственным, кому пришло в голову потрудиться над этой загадкой, был Николас Фламель. Многие наверняка не знают, что это реально историческая личность, а не плод фантазии мадам Роулинг, и кое-какую информацию о нем можно найти не в тайной библиотеке Хогвардса, а хотя бы на Википедии (тем же, кто решится погрузиться в учение Фламеля глубже, а заодно научится делать Философский Камень, лучше посетить, например эту вот страничку).

Еще одной исторической личностью, о бессмертии которого также складывали легенды, был «алхимик» Раймонд Луллий. Согласно легендам он также довольно успешно делал золото, образцы которого (чистейшей пробы) будто бы до сих пор хранятся в музеях Англии.

Однако мы прекрасно понимаем, что все эти легенды о бессмертии вышеупомянутых гениев – позднейшие выдумки их неудачливых последователей – псевдо-алхимиков – «продавцов бессмертия», вроде Казановы или графа Калиостро. Каждый серьезный алхимик прекрасно знает, что Философский Камень, хотя в действительности и является «эликсиром жизни» - совершенным лекарством, может продлить жизнь только до границ установленных Творцом.

И хотя бессмертие вкусивших «эликсир жизни» только легендарно, нельзя с уверенностью сказать, что это эпическое сражение в битве за жизнь было проиграно. Алхимики действительно добились бессмертия, но совсем не такого, каким его представляет толпа. Уж кто-кто, а они прекрасно понимали, что подлинной вечной жизни не может достичь тот, кто возлагает свои надежды исключительно на этот мир. Поэтому и настоящим «эликсиром жизни» может быть только истинная вера. Но вера, не замыкающаяся только лишь на ценностях религиозного характера, а указующая путь к открытию тайн бытия и познанию глубин мироздания.

Теория струн

Одним прекрасным летним теплым вечерком, две тысячи шестьсот лет назад, некий древний грек взглянул на звездное небо, но (впервые) не просто с восхищением, а с желанием постичь разумом наблюдаемые там явления. С тех пор ученые мужи всех времен и народов пытаются открыть и описать те законы, которые правят мирозданием. Физика как наука развивалась и изменялась, новые теории опровергали устаревшие, и каждое открытие заставляло человечество по-новому взглянуть на окружающий мир. Кто-то искал в этом мире «место для Бога» и не находил его, а кто-то, поражаясь масштабами мироздания, в смирении прославлял величие его Творца.

На нынешний день всю окружающую нас действительность описывают две теории: теория относительности и квантовая механика. Проблема в том, что существуют между ними некоторые несоответствия, не позволяющие соединить их в единую теорию. Создание «теории всего» - вот задание, поставленное перед сегодняшним ученым миром. И ученый мир не сидит на месте – существуют уже две гипотезы, претендующие на право именоваться этой теорией: петлевая квантовая гравитация и теория струн.

Да простят меня настоящие физики! На самом деле мои познания в этой науке близки к абсолютному нулю. Вышеизложенную информацию я зачерпнул из сериала «Теория Большого Взрыва» - согласитесь – самый прикольный сериал об ученых-гениях.

Однако сама мысль о том, что материя состоит из мельчайших струн наполняет нас определенным религиозным оптимизмом – ведь Кто-то должен был натянуть эти струны и Кто-то должен на них играть.

Тайна «пяти деревьев»

В одном из древних памятников гностической литературы – «Pistis Sophia» - книге, которая содержит таинственные разговоры между Иисусом, Марией и апостолами, которые произошли между Его воскресением и вознесением (между этими событиями минуло целых одиннадцать лет!), вскользь упоминаются весьма загадочные слова про некие «пять деревьев». А именно то, что Иисус не сказал Своим ученикам «о пяти деревьях, в какие места они изведены» (Фраг. 1, глава 1.), как и о некоторых других тайнах. Далее (глава 10) говорится о том, что эти «пять деревьев» вместе с другими тайнами пребывают в таинственной светоносной одежде Христа. Сама же тайна «пяти деревьев» так и не раскрывается.  

«Пять деревьев» встречаются также в апокрифическом гностическом евангелии от Фомы: «Ибо есть у вас пять деревьев в раю, которые неподвижны и летом и зимой, и их листья не опадают. Тот, кто познает их, не вкусит смерти» (Фома 22). Как мы знаем, в ортодоксальной книге Бытия говорится, что в Эдеме были только два важных дерева (кроме, естественно, всех остальных райских деревьев) – «древо жизни» и «дерево познания добра и зла» (Быт 2:9) и только одно из них могло дать вечную жизнь. Нет сомнений, что в гностических системах эти «пять деревьев» играли какую-то важную роль, но остается загадкой – какую. Еще «пять деревьев» упоминаются в манихейской книге «Кефалайя» (Главы), но там эти деревья связаны с пятью стихиями, что, как мне кажется, может увести наши поиски совсем в другом – неверном направлении. Стихии – материальны, а познание дающее жизнь – нет. Нужно не «вкушать» плоды этих деревьев, а «познать» их самих, чтобы познавший «не вкусил смерти». О пяти деревьях связанных с пятью стихиями упоминается также в традиции Дао.

Упоминание о «листьях, которые не опадают», обращают наше внимание на слова псалма: «И будет он как дерево, посаженное при потоках вод, которое приносит плод свой во время свое, и лист которого не вянет; и во всем, что он ни делает, успеет» (Пс 1:3). Но этот текст сравнивает с зеленеющим деревом человека – праведника. В «Pistis Sophia» эти деревья появляются в контексте с «пятью Предстоятелями» (они же Предводители) и «пятью письменами». Речь, таким образом, может идти о пяти учителях гностицизма и написанных ими творениях, но такое объяснение кажется мне слишком натянутым.

Приходит на память также мистическое дерево из Откровения Иоанна: «Среди улицы его, и по ту и по другую сторону реки, древо жизни, двенадцать [раз] приносящее плоды, дающее на каждый месяц плод свой; и листья дерева - для исцеления народов» (Откр 22:2), а этот фрагмент в свою очередь ведет нас к пророчеству Иезекииля: «У потока по берегам его, с той и другой стороны, будут расти всякие дерева, доставляющие пищу: листья их не будут увядать, и плоды на них не будут истощаться; каждый месяц будут созревать новые, потому что вода для них течет из святилища; плоды их будут употребляемы в пищу, а листья на врачевание» (Иез 47:12). Здесь, по крайней мере, имеем несколько деревьев, хотя ни что нам не говорит о том, что их именно пять. Как бы там ни было, понимаем, что речь здесь идет о символах.

Может показаться странным, но традицию «пяти деревьев» находим в древне ирландской мифологии. Могла ли эта традиция каким-то образом основываться на гностических источниках? Не исключено. Тем более что библейские корни в этой традиции достаточно выразительные. Семена, из которых проросли деревья, приносит на Ирландскую землю «Властелин Мира» Трефуйлнгид Трееохайр (могучий, поддерживающий), который также держал в руках некие «каменные пластинки» (скрижали?), а сама золотая ветвь породившая пять деревьев была «из ливанского дерева». В легендах есть упоминание о потопе, а одно из пяти деревьев – «Эо Мугна» названо «дитем райского дерева». Однако эти деревья не могли давать бессмертие, поскольку и сами вечными не являлись. (Подробнее на тему ирландской мифологии и ее параллелей с гностицизмом см.: Григорий Бондаренко, «Мифология пространства древней Ирландии»).

Но если отбросить весь этот гностицизм с его загадочными писаниями и все эти эльфийские легенды, можно ли построить ортодоксальную концепцию пяти деревьев, основываясь исключительно на канонических книгах Библии? Попробуем.

Первое дерево – это, безусловно, эдемское «Древо Познания Добра и Зла». Но не стоит смотреть на него только негативно, как на древо грехопадения. Познание само в себе не греховно (грехом было ослушание, а не познание). Но это познание сопряжено с неким страданием – конечно, лучше пребывать в блаженном неведении, чем познать жестокую правду о самом себе – свою «наготу». Поэтому Экклезиаст говорит: «во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь» (Экк 1:18). Но познание, каким бы скорбным оно не было – это начало пути к совершенству.

Второе Райское дерево – «Дерево Жизни», которое так и осталось нетронутым, до сих пор манит нас своим вожделенным плодом. Как говорил классик: «если в начале книги появляется пистолет – в конце он обязательно должен выстрелить»; этот «пистолет» еще не стрелял. «Дерево Жизни» – цель нашего пути и нам еще предстоит познать его и вкусить его заветный плод.

Третье дерево – «дерево гофер» (Быт 6:14) из которого был построен Ноев ковчег. Ковчег, это еще и символ Церкви Христовой – корабля, несущегося по бурным водам мира, утопающего в своих грехах. «Дерево гофер», таким образом, это наша «tabula in naufragio» - дар Бога, спасающий от водоворотов мира сего. Познавший его – не страшится никаких искушений – «похоти плоти, похоти очей и гордости житейской» (1 Ин 2:16).

Четвертое дерево, которое належало бы внести в список – загадочное «дерево Мерры» - сделавшее сладкой горькую воду источника (Исх 15:23-25). Горечь Мерры – символична. Это горечь наших отношений с Богом, которые приносят нам только страдания, разочарования и как следствие – нарекание и бунт против Бога, как это не раз случалось с израильтянами во время Исхода. Древо Мерры – это исцеление от этой горечи – то, что дает нам радость веры, наслаждение жизнью с Богом, не смотря ни на какие страдания.

Пятое дерево – «дерево ситтим» из которого был сделан Ковчег Завета, а также деревянные элементы Скинии Собрания (Исх 25:10 и далее). Как Ковчег, так и Скиния (а в последствии и Храм) символизируют сферу sacrum – сферу, не поддающуюся какому бы то ни было рациональному объяснению. Познать это древо, значит – забыть всякий рационализм и полностью погрузится в необъяснимое. Только там можно лицезреть «Славу Божью», наполняющую Святилище.

Все эти деревья мистическим образом соединяются в едином древе – Древе Креста Господнего. Крест есть и познанием, и спасением, и радостью, и святостью, а главное – он и есть тем Древом Жизни, дающим бессмертие вкусившим его Плод.

Свободен ли Бог?

(ad vocem)

Наверное, каждый из нас когда-либо слышал такой вот парадоксальный вопрос: «может ли Бог сотворить такой камень, который Сам бы не смог поднять?». В самом деле, это не просто абсурдный вопрос, придуманный атеистами, что бы поставить верующих в неловкое положение, это действительно серьезная логическая антиномия, которая с верой ничего общего не имеет. Но если логика в этом случае замыкает свои уста, философия пробует найти вразумительный ответ.  

Вопрос этот заставляет нас задуматься над соотношением Божьего Всемогущества (Бог может абсолютно все), Божьей воли (а хочет ли Он этого?) и Божьего разума (а есть ли в этом смысл?). Ответ на этот вопрос прост – нет, не может. Почему? Совсем не потому, что Бог не всемогущ, а потому, что Бог не делает глупостей. Божье всемогущество ограничено Божьим разумом.

В дискуссии на предыдущую статью, честно говоря, я не понял, что мой оппонент имел в виду под «образом Бога свободного в человеке». Бог совсем не свободен. Об этом свидетельствует не только приведенное выше умозаключение, но и само Писание. Вот, например Апостол говорит: «если (мы) отречемся, и Он отречется от нас; если мы неверны, Он пребывает верен, ибо Себя отречься не может» (2 Тим 2:12-13).

Может быть, и вся эта так называемая «свобода» человека – просто неумение пользоваться своим разумом?