Образ врага

(идеология в религии)

Любая идеология для своего существования нуждается в двух факторах – соответственно – позитивном и негативном. Эти факторы не только придают идеологии определенную ориентацию, вес и силу, но являются ее основой – составляющими ее элементами. Ликвидируйте эти факторы – и идеология перестанет существовать. 

Фактором негативным, о котором будет идти речь далее, является «образ врага». Каждая идеология нуждается в противнике, в том – с кем нужно боротся. Угроза со стороны врага мобилизирует, ради борьбы с ним нужно отказаться от всех других целей и стремлений, а кроме того – на «происки врага» можно списать свои неудачи и промахи. Главное условие: враг должен быть действительно серьезным, а угроза от него исходящая – воистину устрашающая.

Хорошими примерами таких «врагов» могут послужить их образы, составленные политическими идеологиями: это и «враги народа» - внутренний враг, и «мировая буржуазия» - враг внешний, это и «международный сионистский заговор», это и «коричневая чума» и «красная зараза», «американский империализм», «НАТОвский сапог», «советская военная угроза» и прочее...

Нас однако интересует образ врага в религиозных идеологиях. Казалось бы, христианство во всех своих проявлениях (конфессиях) должно было бы иметь одного общего врага – сатану. Но сатана – враг неудобный, нехватает ему реальности. Другое дело – реальные его проявления – «слуги дьявола». Как правило, такими «слугами» становятся совсем не сатанисты, а верующие других религий или представители других христианских конфессий.

Для большинства сект и новых религиозных течений, такими врагами являются традиционные Церкви, господствующие на данной территории. Для традиционных Церквей – секты – враг неудачный (не тот уровень угрозы), разве-что имеем дело с некой тоталитарной сектой глобального масштаба. Поэтому, традиционные Церкви ищут врагов среди равных.

Для православных идеальным врагом является Ватикан с его армией иезуитов. Или, еще лучше – Opus Dei. Никто толком не знает, что это такое, зато все знают, что это наш враг, жаждущий уничтожения православия, с которым нужно боротся. Чем больше враг загадачнее и непонятнее – тем лучше, ибо скрытая угроза для идеологии лучше реальной (особенно когда ее нет). Конечно Opus Dei – хороший враг не только для православных, но и для протестантов, да и вообще – для всех «прогрессивно мыслящих людей».

Для католиков, православные никогда особенной угрозы не представляли, поэтому и врагами не считались. За историю своей идеологии католицизм сменил много врагов: сарацины, еретики, ведьмы... Серьезными врагами стали в свое время протестанты. Именно в борьбе с протестантизмом формируются основные постулаты католицизма как идеологии. Но протестанты в конечном счете оказались неудобными врагами: после Лютера и Кальвина уже небыло достойных противников, да и угроза со временем перестала быть устрашающей. Нашелся враг более удобный – масоны. Из общества интеллектуалов мистико-гностической ориентации, масоны превращаются в тайную антицерковную организацию, ставящую перед собою цель, ни много ни мало, уничтожение христианства. Масоны выступили в качестве внешего врага во времена Французской Революции, но намного большую роль они сыграли в качестве внутреннего врага. Ведь агенты масонерии вездесущи и вполне могут занимать передовые посты в самой Церкви. Модернизм, либерализм, секуляризм и пр. – это их рук дело. А если, в сознании масс, обьединить их с давними врагами христианства – евреями, их силе и влиянию уже нет равных в мире.

Цель идеологии достигнута – религиозная жизнь, вместо поиска истины, становится борьбой с врагами, конца которой не видно.

Так ли сильны масоны? Так ли страшны иезуиты? Что такое Opus Dei? Идеологи стараются избегать таких вопросов. Зачем искать на них ответы, ведь разрушая образ врага, мы колеблем основы идеологии.