«Духовное совершенство» Валентина

(секс и христианство 5)

Среди многочисленных религиозно-философских течений первых веков христианства особое внимание следует уделить гностицизму. Конечно, как явление, гностицизм не был чем-то однородным. В отличие от Апостольской Церкви, которая во всех концах мира исповедовала единое учение, каждый из учителей гностицизма – разрабатывал собственную гениальную концепцию. Среди этой разномастной компании, особенное место занимает Валентин и его школа. Главный антагонист Валентина - св. Ириней Лионский, называл его «сокращением (рекапитуляцией) всех еретиков», и поэтому тот «кто опровергает, как должно их (валентиниан), тот опровергает всех лжеучителей, и кто поражает их, поражает всякую ересь» (предисловие к четвертой книге «Против ересей», 2).  

Воззрения Валентина касательно сексуальности были тесно связанны с его воззрениями на материальный мир вообще. Вселенная вовсе не является творением Доброго Бога, а плодом страсти падшего Эона – изначальной ошибкой. Поэтому наш мир далек от совершенства – в нем действуют определенные деструктивные силы. Хаос – является его неотъемлемой составляющей. И речь идет вовсе не о моральном зле, присущем падшему человеку, речь идет о стихиях самой природы, силах саморазрушения присущим материи из которой этот мир состоит. Бушующие в мире стихии – главный признак несовершенства мира, в отличие от мира совершенного – «Плеромы» - идеальной духовной божественной «Полноты». Хотя, нужно признать, что эта Полнота не так уж идеальна, если позволила «пасть» одному из своих Эонов. Не знаю, как Валентин объяснил это несоответствие в своей концепции.

В человеке, который является воистину микрокосмом – отражением мира в котором он существует, также бушуют необузданные стихии, разрушающие его естество. Главной такой стихией – настоящим торнадо, способным не только помутить рассудок или возмутить дух, но и полностью уничтожить человека, является как раз сексуальное влечение.

Впрочем, человеческая порода, согласно Валентину – подразделяется на три вида. О людях «телесных» (материальных, плотских или перстных) и говорить не стоит – этот род по природе своей предназначен исключительно для уничтожения в вечном пламени вместе со всем материальным миром. Люди «душевные» имеют шанс на спасение, если научатся обуздывать свои эмоции и направлять их в правильное русло (таким людям, Валентин, принимая во внимание их природную слабость, разрешал жениться). И наконец, самыми совершенными во всех отношениях были люди «духовные» - люди, которые не просто научились обуздывать страсти – но те, кои этим страстям вообще не были подвержены – только такие люди были способны воспринять сокровенный спасительный Гнозис. Нужно полагать, что именно отсутствие этих самых страстей и было главным отличием «духовных» от всех других, низших пород homo sapiens. Каким образом «духовным» гностикам удавалось сохранять бесстрастие на практике (если они конечно небыли импотентами или евнухами) – неизвестно, но есть мнение, что именно они разработали определенную психосоматическую систему «преобразования» сексуальной энергии в духовную, воспринятую впоследствии христианскими монахами.

Ранее, в своем скромном, хотя и многосерийном исследовании «о монашестве», я пытался найти ту теологическую идею, ради которой мужчины и женщины разных времен решались отказаться от натуральной для человека супружеской жизни, посвящая себя одиночеству. Анализируя евангельские цитаты, вдохновившие св. Антония – патриарха христианского монашества, уйти в пустыню, я пришел к выводу, что вовсе не какое бы то ни было отвращение к сексу или негативное отношение к семейной жизни стали причиной его решения. Евангельское совершенство, к которому стремился Антоний – это не безбрачный образ жизни как таковой, а желание отречься от всего земного по примеру мучеников, также отрекшихся от всего, в готовности в любую минуту отдать жизнь за Христа.

Однако менталитет славных последователей Антония за годы и века их существования мог измениться. Изменился мир – изменились приоритеты их жизни, и среди обломков уже давно поверженного в прах гностицизма, они нашли и присвоили себе очень важный элемент – настоящее «сокровище». Нет, это не духовная «гимнастика» позволяющая подавить эрекцию, впрочем, и она пригодилась. Это - тщеславие, сознание собственного «совершенства», своей воистину «духовной» природы, которая дает право возвышаться над другими людьми. А этим самым «другим людям» – далеким от идеала, оставляет единственную возможность - сознавать свою слабость и греховность.

Продолжение: Воин духа